К 80-ЛЕТИЮ ВАЛЕРИЯ ИВАНОВИЧА КОВАЛЕНКО

В. И. Коваленко, заведующий кафедрой российской политики факультета политологии МГУ имени М.В. Ломоносова, заслуженный профессор Московского университета, доктор философских наук

Выступление на V Всероссийском Элитологическом конгрессе 

г. Ростов-на-Дону, 5 декабря 2025 г. 

 

«Коллеги, добрый день.

Прежде всего, хочу поблагодарить организаторов этого важного научного мероприятия за предложение выступить. «Пятый элитологический конгресс» – звучит мощно и говорит об уверенном развитии ростовской, а теперь уже общероссийской элитологической школы, о её растущей роли в нашем профессиональном политологическом сообществе.

Сегодня я хотел бы поделиться размышлениями о роли научной элиты в общественном развитии нашей страны и мира в целом, её месте в политическом процессе. Проблема эта давняя. Ещё Платон, рассуждая об идеальном государстве, видел во главе его философов – созерцателей чистых и вечных истин. И эта тема так или иначе получала своё наполнение на протяжении всей истории человечества.

Исторический контекст: от технократии до Вернадского

Вспомним, к примеру, возникновение теории технократии. Её основатели приписывали технике и технологиям не просто социально преобразующее, но социально-определяющее значение, трактуя их в качестве демиурга общественных отношений. Соответственно ведущую роль в общественных процессах они отводили инженерам и техникам. Настроенный антикапиталистически ее основатель Торстейн Веблен полагал, в частности, что всеобщая забастовка инженерно-технических работников может поставить бизнес на колени и вообще вся их деятельность радикально меняет ход истории.

В русской мысли подобные мотивы тоже звучали неоднократно. Позволю себе воспользоваться цитатами из наследия нашего выдающегося учёного, создателя теории ноосферы Владимира Вернадского. Ещё в начале XX века он писал: «То, что совершается сейчас научной мыслью, по существу сильнее и важнее для человечества всех происходящих сейчас социальных переустройств, как бы велики они в действительности ни были». Наука «не есть абстрактная, самодовлеющая и имеющая своё независимое существование, сущность. Ее содержание не ограничивается научными теориями, гипотезами, моделями, создаваемой ими картиной мира…». Объявляя науку огромной «геологической силой», Вернадский считал, что именно представители научного сообщества могут и должны определять содержание политического процесса. В дневнике 20 июня 1931 года он так и записал: «Впереди время науки – царство крупных диктаторов-учёных».

Современные дилеммы: наука и власть

Я признаю великую роль науки в преобразовании человечества. Однако тезисы «Ученые во власти», тем более, «Власть ученых», если, разумеется, речь идет о политической жизни, не представляются для меня убедительными. Вчера я получил журнал «Историк» и не могу не сослаться на высказывание нашего видного ученого, чей столетний юбилей мы отмечаем, – Роя Медведева. На вопрос об участии в Съезде народных депутатов и избрании на высокий пост он выразил большое сожаление, что пошёл на этот шаг, сказав: «Это не дело историка. Наше дело – не политика и не законодательство. Наше дело – заниматься историей».

Вопросы тем не менее остаются. В современных условиях серьёзных сдвигов и перемен в науке и научном знании становится все более ясным, что дело учёных, связанное с развитием общества, не может не иметь своих политических измерений, средств и целей. И как раз здесь мне и хотелось бы поставить вопрос: какова в этом отношении роль, долг и предназначение именно нашей научной элиты?

Главная роль и вызовы новой реальности

Прежде всего, очевидно, что наша главная роль – это продуцирование новых идей и экспертиза. Часто об этом говорят, но я хочу сделать акцент на другом. Мы живём в условиях новой реальности. Мы, политологи, обычно обращаем внимание на новую политическую реальность. Но эта реальность имеет более объёмное измерение – это и утверждение нового технологического уклада. Здесь появляются серьёзные проблемы, связанные, скажем, с искусственным интеллектом. Эти проблемы не могут не иметь своего политического звучания: это и новые возможности для системы управления, в том числе политического, и новые риски, связанные с возможным «расчеловечиванием» общества.

Место социогуманитарного знания: спор с технократией

Я – представитель социокультурного знания. В этом плане встаёт очень серьёзный вопрос: какова роль нашего цеха в новых условиях? Как несомненный факт можно зафиксировать однозначно, что серьезно возрастает роль исследователей, занимающихся естественнонаучными проблемами. Часто в этой связи можно услышать мнения, что роль социогуманитарного знания, напротив снижается. Я думаю, дело обстоит не так просто.

Хочу напомнить об исследованиях по социодинамике культуры французского учёного Абраама Моля. В одной из своих книг он дал интересную картину, сравнивая воздействие на развитие человечества открытий в естественных и в общественных науках, наложив их друг на друга в единой системе координат. Волнообразно (и по восходящей) было показано воздействие на развитие общества «Начал» Евклида, классической механики Ньютона, теории относительности Эйнштейна. Пики значений социокультурных и социополитических исканий (христианства, либерализма, марксизма) оказались, однако, выше. Неизмеримо выше.

Наука как институт и задача подготовки кадров

История ставит перед нами серьёзные вопросы. Прежде всего, необходимо отметить, что наука сегодня – это сложно организованный социальный институт, имеющий разные подразделения и степени участия в производстве знания. С этой точки зрения, хочу подчеркнуть: время учёных-одиночек, вроде Сайруса Смита из «Таинственного острова» Жюля Верна, который всё может изобрести и открыть, – прошло.

Особенно важно это осознавать нам, работающим не просто в системе науки, но и в системе образования. Наше участие и воздействие на общественную жизнь напрямую связано с подготовкой целого корпуса преподавателей, которые, в свою очередь, будут учить тысячи студентов. Этот многотысячный корпус наших обществоведов, конечно, не сводится к узкой элите. В науке, как и везде, есть и генералы, и майоры, и старшины. Другое дело, что, как говорили в наполеоновской Франции, «в ранце каждого солдата должен звенеть жезл маршала». Надо готовить достойную смену.

Качество элиты и переосмысление оснований знания

С этой точки зрения мне представляется очень важным, чтобы при отработке моделей элитологического и политологического знания мы обращали внимание не только на анализ природы и параметров политической элиты, но и на ее качества и требования к ней. Мы знаем из истории становления отечественной элитологии, что преимущественное внимание долгое время обращалось на статусные характеристики элиты, а меритократические ее измерения отходили на второй план. Такого рода подходы необходимо изживать.

И в целом социогуманитарное знание сегодня стоит перед необходимостью серьезного переосмысления, инвентаризации, если хотите, утвердившихся методологических подходов, применяемого категориального аппарата. Некоторые исследователи даже характеризуют современное состояние общественных наук как «колонизацию» их западными парадигмами. Я далёк от столь алармистских оценок, но проблема существует.

Ключевая задача: осмысление России как государства-цивилизации

Поэтому мне представляется, что сейчас для нашего социогуманитарного цеха очень важно сосредоточить усилия на переосмыслении самих оснований этого знания. Возможности и задачи нашей научной элиты, в том числе политологической, связаны с тем, чтобы серьёзно осмыслить и освоить понимание России как государства-цивилизации.

Эта задача – осмысление фундамента, на котором мы строим проект под названием «Россия», и поиск путей его воплощения в жизнь, – должна решаться всем профессиональным сообществом и, прежде всего, его креативной, авангардной частью. И ее, эту задачу, нам необходимо решать выверенно и точно.

Спасибо за внимание».